Рады приветствовать вас в Монреале, дорогие друзья. Декабрь, как это часто бывает наступил очень быстро, но это не может не радовать, ведь приближается рождество, которого так ждут и взрослые и дети. Учеба в Стоунбруке остановилась и студенты, сдавшие последние хвосты, отправились на Рождественские каникулы. В общежитии университета остались только те, кто собирается на ежегодную вечеринку в доме капитана баскетбольной команды и кстати должны вам сказать, это поистине грандиозное событие! В Стоунбруке, кстати, состоится ежегодный прием для преподавателей и отличившихся студентов, а также празднования ожидаются по всем заведениям города. Так что вперед - дерзайте и окунитесь в атмосферу предрождественского веселья! С наступающим вас!
Температура воздуха держится в рамках - 20 градусов ночью и - 14 градусов днем. Также столбики термометров не поднимаются выше - 5 градусов. Высокая влажность воздуха, частые снегопады, сильный северный ветер, что приходит с моря.

Gabriella Crawford
Главный судья во всех спорах, конкурсах и выборах. Серый кардинал проекта. Помочь сможет, если правильно попросите.
Kessedi Fox
Главный и самый добрый администратор. Супер скилл - призывать всех к порядку. Ответит по всем вопросам, поможет во всем разобраться и научит вас быть лапочками.

Dominica Bren
Суровая мать всех игроков. Занимается начислением зарплат и тайной разведкой. Обращаться по вопросам можно, но осторожно.
Melisandre Berrington
Лисса не устает из месяца в месяц поражать нас своим энтузиазмом, жизнелюбием и оптимизмом. Она словно яркое солнце, которое согревает своим светом всех присутствующих. Девушка поспевает не только на фронте карьеры, но как выяснилось, и на любовном, ведь сам Курт Вагнер не смог устоять перед ее улыбкой!
Andrew и Katrina Williams
Не все браки бывают счастливыми, к нашему великому сожалению, так получилось и у этой пары. Мужчина, который привык к одиночеству и никого не собирался пускать в свою жизнь и девушка, что полюбила навязанного судьбой мужа, несмотря на его жестокость. Что ждет их впереди? Сможет ли хотя бы Рождество подарить им надежду на маленькое чудо?
Phobos Escanor
Фобоса по праву можно назвать одним из самых загадочных людей в городе, ведь мало кто может совмещать в себе сан священника, должность бармена в ночном клубе, а также играть в популярной группе. Добавьте к этому еще и то, что он оборотень, приручивший стаю волков в лесах близ Мон-Руаяля. Интересно, какие сюрпризы он еще нам преподнесет?
Caleb Morgan и Sara Connor
Любовь бывает прекрасной и ужасающей одновременно, и эта пара яркое тому доказательство. Неспособные существовать друг без друга, умирающие от тоски в разлуке, они готовы перегрызть друг другу глотки, когда встречаются. Невозможная любовь, проклятая любовь и кто знает, наступит ли когда-нибудь затишье, в этом бушующем океане чувств.
Yoshi Shiragava
Убивать - гораздо проще чем кажется. Мне никогда не было важно, кого и за что нужно убить. Иногда мне не требовалось даже повода. Я не мучился угрызениями совести, не испытывал жалости и сочувствия, меня не трогали мольбы. Я убивал детей и стариков, женщин и мужчин, виновных и невинных. все грани стираются после того, как ты живешь в аду. Мама как-то сказала мне, что не стоит жалеть никого, ведь и нас никто не жалеет.

Dawn of Life

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dawn of Life » Коттеджный поселок "Wiltshire" » Дом Максима Тернера и Лайонин Эванс


Дом Максима Тернера и Лайонин Эванс

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

http://sg.uploads.ru/pltvq.jpg

Первый этаж:

Гостиная

http://sg.uploads.ru/nOy6X.jpg

Обеденная

http://sg.uploads.ru/zDJsj.jpg

Кухня

http://s7.uploads.ru/k3TOf.jpg

Библиотека

http://sg.uploads.ru/x0M2c.jpg

Второй этаж:

Спальня хозяев

http://s7.uploads.ru/7ZqeQ.jpg

Ванная хозяев

http://s8.uploads.ru/fn6I2.jpg

Гостевая спальня

http://s9.uploads.ru/DPujU.jpg

Гостевая ванная

http://sg.uploads.ru/bKdNq.jpg

Комната отдыха

http://s8.uploads.ru/RfNnQ.jpg
http://s9.uploads.ru/m3WLB.jpg

0

2

Прошла пара недель после выздоровления Лайонин, однако ее лечащий врач не торопился ее выписывать, решив еще немного понаблюдать за ней. Если по началу в мою голову еще забирались подозрения по поводу слов Лайонин, то наше с ней дальнейшее общение рассеяло их окончательно. Кажется, что наконец-то в нашей жизни началась белая полоса. К моему несказанному удивлению я получил повышение на работе. Я давно уже шел к тому, чтобы стать детективом, а не рядовым полицейским, но после того, что учудила моя сестра со своими друзьями, руководство мне ясно дало понять, что о повышении в ближайшее время я могу даже и не мечтать. Не знаю, что так кардинально повлияло на перемену их решения, но через несколько дней я написал рапорт на повышение в должности до начальника подразделения криминалистики. Это вызывало у меня массу вопросов, но задавать я их не спешил, ведь такое предложение получают не каждый день, а потому нужно было хвататься за него обеими руками.
Что касается Львицы, так ее здоровье действительно шло на поправку. Так говорила она, а ее лечащий врач это подтверждал. Я старался не затрагивать тему, что оставила такое сильное пятно на каждом из нас, ведь из всей этой ситуации я все-таки вынес урок - не стоит ворошить прошлое, чтобы не испортить настоящее. Все чаще на лице Лайонин я мог подловить улыбку. Когда у меня выдавалась свободная минута, я заезжал к ней в больницу и мы могли подолгу с ней разговаривать на самые различные темы. Как когда-то в далекие студенческие годы. Каждый из нас изменился, хоть и в какой-то степени остался прежним, а это означало лишь одно - это шанс начать все с чистого листа.
Однажды вечером вернувшись в квартиру я понял, что не хочу, чтобы Лайонин сюда возвращалась. Нет, это не побег от прошлого, просто еще один толчок для того, чтобы пойти вперед. Я обратился за помощью к Андре, чтобы он помог мне подыскать неплохой дом, ведь, если признаться честно, сам я в этом ничего не понимал. Да, наши с Доминикой родители всю жизнь прожили в доме и вырастили нас в нем, но как только я поступил в колледж, то сразу же сменил хоть и скромные, но все же большие апартаменты на общежитие, а затем и на съемные квартиры. Практически все выходные мы с ним потратили на то, что ездили по Уилтширу и выбирали дома. Вариантов было столько, что разбегались глаза, но я помню, как Лайонин когда-то давно рассуждала на тему того, какой видит свою будущую жизнь и в частности о том, каким должен быть дом. Уютный, без вычурного изыска и обязательно на краю с природой. Небольшой дом в стиле шале, что находился на конце коттеджного поселка показался мне идеальным вариантом. Он не был забаррикадирован большим количество соседей, за ним практически сразу же расстилался лес, а сам дом находился на небольшом возвышении, отчего было видно практически весь Уилтшир. И еще один немаловажный факт заключался в том, что Доминика жила от нас на приличном расстоянии. Конечно, ей ничто не помешает приехать к нам, но хотя бы она не будет показываться каждый день, перебегая через дорогу.
Еще пару дней потребовалось на оформление бумаг. Конечно у меня не было денег, чтобы купить дом сразу же, поэтому мне пришлось оформить ипотечный кредит, но это не сильно било по карману, если учесть, что с повышением моя зарплата выросла в два раза. Оставалась лишь одна тревога, что этот дом не понравится Лайонин. Но на этот случай все же остается ее квартира.
Наверное, я слишком сильно торопился, делая такие поспешные действия, но я считал, что Лайонин заслужила того, чтобы быть счастливой и наконец-то жить в покое. Загородный дом - одна из ее больших мечт и мне не терпелось ее осуществить. А еще одна меча прибыла в этот дом сегодня рано утром, за несколько часов до выписки Лайонин. Двухмесячный щенок неуверенно ступил на пол в гостиной, знакомясь с новой обстановкой. Я же снарядил его всем необходимым - пеленкой, лежанкой, водой в миске и, закрыв всевозможные двери, оставил его дожидаться своей новой хозяйки. Мой уход, кажется, его совсем не огорчил, поэтому заперев дом, я отправился в сторону госпиталя.

- Ну что, готова распрощаться с этим отелем?
С шутливой улыбкой спросил я, встречая Лайонин в холле отделения. Поцеловав девушку, я взял ее вещи и повел на улицу прямиком до машины. Закинув сумку в багажник, я сел за руль рядом с девушкой, что уже пристроилась на привычном ей месте. Наверное, по мне заметно было волнение, которое я всячески старался скрыть, но девушка вопросов не задавала.
Погода на улице стояла теплая, поэтому медленно тронувшись с места, я вновь посмотрел на рыжеволосую.
- Сразу домой или хочешь куда-нибудь заехать?
Но Лайонин никогда не отличалась особой любовью к гуляньям и сейчас, когда она почти четыре месяца провела в больнице она просто хотела домой. Пока я вел машину и увозил девушку дальше от госпиталя, мы разговаривали ни о чем и обо всем сразу. Разные темы, лишенные какого-либо смысла сменялись одна за другой, пока девушка не обратила внимание на то, что мы уже давно миновали нужный нам квартал, а сейчас и вовсе выехали на загородную трассу. На ее вопрос я улыбнулся, не сводя взгляда с дороги, и ответил не сразу.
- Ну можно и так сказать.
В Уилтшире один дом сменялся другим. Мы даже миновали дом Доминики и Андре, но вскоре строения начинали редеть и через несколько метров мы поднялись по извилистой дороге к небольшому деревянному дому. Остановившись на подъездной дорожке, я заглушил двигатель, выходя из машины и позвал с собой Лайонин. Она оглядывалась по сторонам, пока мы шли по узкой тропинке до дома, а мне оставалось лишь угадывать, какие мысли у нее вызывают это место.
Раскрыв входную дверь, я пропустил девушку вперед, что с некой неуверенностью вошла внутрь. Остановившись позади нее, я мягко опустил ладони на ее плечи.
- Теперь это наш дом.
Тихо сказал я. Чувство волнения не давало мне покоя и я оставался неподвижным, давая Лайонин свыкнуться с этой мыслью. Но она не успела заговорить, ведь наше уединение прервало сначала недовольно ворчание, а потом и звонкий лай щенка, которого, кажется, мы разбудили своим присутствием. Еще неуверенно шагая на своих лапах, он вышел из-за дивана, внимательно изучая нового человека.

щенок

http://sd.uploads.ru/qdX6c.jpg

+1

3

Утром мисс Эванс ходит по скучно-серым коридорам больницы, вглядывается в мутные воды дождя за окном, выцветшими глазами и — ровно в девять, никак иначе! — идет в столовую на ужин, хотя совсем не хочет есть. Хрупкие пальцы ведут по пластиковым тарелкам, потому что только такие разрешены в этом отделении, чтобы люди не убили друг друга осколками. У Лайонин горячие слезы по щекам текут — не стоило докторам верить, они все-таки беспощадны. Прощаться всегда трудно, но Максим уже в сотый или тысячный раз обещает рыжеволосой, что завтра вновь вернется, а затем прочь бежит — уйти медленно и спокойно не в его силах. Она знает, что больше всего на свете он хочет увести ее отсюда, но ему не разрешают. Доктора рассказывают сказки. Она сказки с детства ненавидит, шлет их обещания окончательного выздоровления к бесу и отказывается верить во что-то кроме суровой реальности. Она устала и хочет домой, а еще ей очень страшно, что ее не отпустят. 
Днем мисс Эванс собирает непослушные волосы в аккуратную прическу. Как странно, кое-где пряди слегка потемнели, а она ведь еще недавно так гордилась золотисто-рыжими локонами. Доктор все списывает на потрясение и мучающую ее болезнь, что, слава Господу Богу, наконец уходит. Лайонин мысленно напоминает самой себе, что она не сумасшедшая, но сказать это лечащему врачу страшно. «Лечащий врач» звучит деликатнее, чем психиатр или мозгоправ, коим его все величают. Родители не скрывают, что считают ее свихнувшейся и даже настойчиво советуют увеличить количество сеансов, когда звонят в госпиталь по телефону. Эванс только головой качает, как заведенная повторяя уже давно заученную фразу: «Я не сумасшедшая, моя реальность просто отличается от вашей». И только Тернер хочет увезти ее как можно дальше. Он в нее верит.
Вечером мисс Эванс выбрасывает в раковину прописанные таблетки и выпивает чашку чая, такой у нее выработался ритуал. Она запах этого чертового больничного чая уже не переносит, но пьет его автоматически раз за разом; от старых привычек убежать сложно. С удовольствием избавляясь от ужасающей отсутствием очаровательной небрежности прически и траурно-блеклой одежды, она по привычке бросает недоверчивый взгляд в окно за решетками и тяжело вздыхает. Кровать встречает ее холодом простыни и раздражающим скрипом пружин: реальный он или же просто является причудой ее больной фантазии — все еще не совсем понятно. А ночью мисс Эванс перестает существовать, впадает в вечную кому длиной до следующего утра и просто исчезает. Жертва необходимая и оправданная, она позволяет возродиться прошлой и счастливой Лайонин. Той самой юной девчушке, что носила платье цвета ясного неба, любила преследовать мальчишек из старшей школы под окнами в причудливых фраках и верить в небылицы. Рыжеволосая девчушка вскакивает с кровати уже одетой в излюбленный наряд — странность, не иначе — и готовой к опасным, увлекательным, удивительным приключениям. Лайонин всегда была слишком иррациональна для этого рационального мира, незаурядна для заурядных угрюмых людей и нелогична вопреки любой логике. Потому она сбегает. Бесстрашно бросается в окно, что осколками острыми на пол осыпается, минует этот магический портал, как в книгах Льюиса Кэррола и оказывается в правильно-неправильной стране. Так добираться намного быстрее, чем через авиалинии, но разве же людям это расскажешь? Просыпаясь утром, мисс Эванс снова смотрит в окно, за которым по стеклу колотит дождь и думает о том, что вот сегодня, сегодня ее точно отпустят. И ее отпускают.

Когда мне сказали, что я действительно могу уйти, то я не верила. Я слишком боялась ошибиться, ведь уже столько раз ошибалась. Это была не первая психиатрическая клиника у меня на счету и в глубине души я знала, что она не будет последней. Параноидальная шизофрения, которая поставила крест на моих мечтах стать преподавателем, толкнула мою жизнь под откос и никогда не оставит меня, со слов моих многочисленных психотерапевтов. Я не верила в себя, не верила, что смогу хотя бы пытаться жить дальше, но сейчас верю. Словно ребенок стою с небольшой сумкой в холле и вглядываюсь в двери, где все никак не появляется Максим и продолжаю верить. Потому что когда весь мой мир рушился на части, он остался рядом со мной. Он - моя башня, посреди этого океана, что грозит поглотить меня день за днем. Мой психиатр сказал нам с Максимом, что сейчас моя болезнь снова купирована, но нет уверенности в том, что через пару дней, недель или лет, не случится рецидива. Жить со мной, словно на пороховой бочке, я словно взрывчатка замедленного действия. Максим был не против, а я верила в него и в нас обоих. Даже если мне отведено не так много времени, даже если моя жизнь будет совсем короткой, я хочу прожить ее с ним. Мне потребовалось много времени, чтобы осознать свою любовь к нему, но я не жалею, ведь сейчас счастлива. Когда Максим появляется в дверях меня пробирает дрожь и я хватаю его за руку, бережно переплетая его пальцы со своими. Мне страшно, очень страшно, но он прижимает меня к себе, поднимая мою сумку и я доверчиво прижимаюсь к его плечу, прикрывая глаза. Чувствую, как замедляется пульс и успокаиваюсь, потому что рядом с ним мне все по плечу.
- Больше всего на свете хочу уйти.
Тихо отвечаю я, получая поцелуй и иду следом за Максимом на улицу, щурясь от яркого солнца. Я одета совсем не по летнему - спортивные штаны и кофта, но ничего другого у меня нет, ведь я провела в этом клинике слишком много времени. Я села на знакомое пассажирское место и прислонилась к оконному стеклу, глядя на мужчину рядом. Он, казалось бы, был чем-то взволнован, но я не стала спрашивать. Я просто хотела уехать. В ответ на его слова я легко улыбнулась.
- Домой. Я слишком устала от стен этой больницы.
Мне хотелось простых мирских радостей. Хотелось в нормальную ванную, а не в общий душ, хотелось вкусного ужина, мягкой постели и отсутствия решеток на окнах. Мы с Максимом тихо переговаривались, так я узнала, что его сестра выходит за Андре замуж, что там появились еще два его брата, что семья разрастается. Внутри меня была тревога, что эти люди никогда не примут меня особенно после того как узнают, где я провела четыре месяца, но я уговаривала себя успокоиться. Никто не будет заставлять меня с ними общаться. Максим не будет принуждать меня к чему-либо. Я в безопасности.
- Максим, куда мы едем? Город позади. Тебе нужно с кем-то встретиться?
Тихо спросила я, оглядываясь на лес за окнами. Мне стало страшно. Снова страшно, потому что он мог везти меня домой к своей сестре или ее подруге или куда еще угодно, кроме нашей квартиры. Я хотела сказать об этом, но замолчала, призывая себя к спокойствию. Он и так много пережил из-за меня, не стоит заставлять его жалеть о своем решении быть со мной. Панические атаки - побочный эффект от лекарств и спровоцировать их может что угодно. Я не сказала этого Максиму. Я справлюсь сама, а с него и так хватит. Я закрыла глаза, чтобы не поддаваться панике и сосредоточилась на своем дыхании. Мы въехали в коттеджный поселок, но проезжали мимо, лишь немного сбавив скорость, пока не остановились на пригорке, возле самого края леса. Я выбралась из машины, полной грудью вдыхая свежий запах и оглядывая деревянный дом, что высился перед нами. Уютное большое крыльцо, высаженные цветы, отсутствие заборов. Он мне понравился, мне было интересно, кто тут живет. Явно не Андре с Доминикой, они слишком любили вычурность и апломб, а этот дом был простым. Я доверчиво прошла следом за Максимом и вошла внутрь, оглядывая уютную гостиную с высокими потолками. Здесь было минимум мебели, но она была сделана под старину - разномастная. Стены были покрыты деревянными панелями, из высоких окон струился свет, слегка приглушенный шторами. Дом дышал уютом и спокойствием. На мои плечи опустились ладони Максима и я прижалась спиной к его груди, а в ответ на услышанное еще долго молчала, укладывая это в своей голове. Наш дом. Такой же, о котором я всегда мечтала. Разве это могло было быть правдой? Я даже не знала что ответить, как раздался тихий писк, а затем и тявканье, а следом появился пушистый щенок, что шатался на лапах но шел вперед, прямо ко мне. Я осторожно села на корточки, протянув малышу руку и он тут же схватил меня зубами за палец, позволяя вторую руку погрузить в его мягкую шерсть.
- Дом, собака, как будто мне снится очередной сон.
Тихо сказала я. Наверное я была неправильной, ведь не умела шумно выражать свои эмоции. Такие как Доминика или ее подруга прыгали бы до потолка, висли на шее и кричали, а я молчала. Гладила щенка и чувствовала, как слезы катятся по щекам. Выдохнув, я отпустила щенка, что тут же побежал в какую-то соседнюю комнату и поднялась на ноги, оборачиваясь к Максиму. Я видела, что он растерян увидев мои слезы, так что поспешила улыбнуться.
- Прости за это, просто... Спасибо. Я...я и не думала. Давно перестала мечтать об этом.

+1

4

Между нами повисла тишина, которую я не решался нарушить. Лайонин всегда мечтала о доме, собаке. Еще когда мы познакомились, она говорила, что когда-нибудь у нее это все будет и теперь я прислушивался к ее дыханию, ожидал ее действий или слов. Порой я не замечал границ, когда хотел сделать что-то ради нее. Я сменил огромное количество мест жительства, еще больше работы, а сейчас поспешил воплотить ее мечту в реальность, стоило ей сказать, что она хочет быть со мной. В какой-то момент меня кольнуло сомнение на тему того, что не поторопился ли я, ведь она совсем недавно только пришла в чувства, может быть следовало дать ей немного времени для того, чтобы вернуться в привычный уклад жизни. Мои пальцы перестали касаться ее плеч, когда она медленно опустилась на корточки, чтобы погладить щенка. Я все еще ожидал, что она что-нибудь скажет, но она продолжала молчать, заставляя время тянуться густой патокой. И лишь когда она обернулась ко мне, я увидел слезы на ее щеках. В голове тут же возник немой вопрос, почему она плачет? Я растерялся и даже не знал, что делать, лишь обхватил ее лицо ладонями, большими пальцами смахивая соленые капли. Ее слова облегчили мое состояние. Я прекрасно знал, что Лайонин не умеет выражать свои эмоции шумно, поэтому когда она ответила, то я облегченно улыбнулся, притягивая девушку к себе и обнимая чуть крепче, чем нужно.
- Я надеюсь, что тебе здесь понравится.
На миг отстранившись от девушки, я вновь заглянул ей в глаза.
- Я привез несколько вещей из квартиры, поэтому если хочешь, то мы можем их разобрать, а потом я привезу оставшиеся.
С этими словами я наконец-то выпустил девушки из своих объятий, после чего мы отправились на экскурсию по дому. Я медленно следовал за девушкой, что разглядывала каждую комнату и время от времени озвучивала свои впечатления. Спальня оказалась последним неисследованным местом, поэтому когда мы туда прошли, я вновь повернулся к Львице.
- Проголодалась?
Я совсем недавно купил этот дом, поэтому совершенно не успел его обжить. Единственное, что я успел сделать перед тем, как поехать сегодня за Лайонин, так это заехать в магазин и купить немного продуктов. Оставив девушку разбирать сумку с вещами, что покоилась на кровати, я спустился на кухню. Неугомонный щенок тут же принялся топтаться за мной по пятам и мне пришлось в первую очередь уделить время ему. Наевшись, довольный комок шерсти покинул кухню, позволяя мне приступить к начатому.Обед не отличался изобилием блюд, посуды здесь толком не было, поэтому я пожарил яичницу с беконом и заварил чай.
На самом деле я по-прежнему не мог полностью расслабиться. Слишком много событий произошло за последние дни, которые я все никак не мог разложить по полочкам в своей голове и мысли об этом не давали мне покоя. Так же не давали покоя и слова, которые были произнесены Лайонин. Я понимал, что она была не в себе, что не стоило бы всерьез воспринимать эти слова, но я не мог. Наверное, я оказался слишком зациклен, ведь теперь доводил себя чуть ли не до паранойи, боясь что-то сделать не так. Я надеялся, что это пройдет, что я успокоюсь, что время все расставит на свои места, а пока мне просто нужно было перестать себя накручивать.
От моих раздумий меня отвлек тихий голос девушки, что раздался за спиной. Обернувшись, я улыбнулся, тут же подхватывая тарелки с кухонной конторки.
- Ты вовремя.
Накрыв стол, я сел рядом с рыжеволосой, принимаясь за еду. По случаю выписки Лайонин я взял пару дней выходных, чтобы помочь обжиться в новом доме, да и просто провести время вместе, ведь я действительно скучал по ней. Кратковременных встреч в больнице, пусть и проходили они каждый день, казалось слишком мало. Да и к тому же, мы согласились начать жизнь с чистого листа, поэтому нужно начинать делать первые шаги.
- Есть какие-нибудь планы на вечер?
Разговор пошел настолько легко и просто, что казалось бы мы оба уже откинули все прошлое в сторону. Лайонин предложила съездить в город, чтобы купить все необходимое для щенка и я поддержал ее идею. Затем полились самые обычные разговоры, девушка даже начала выказывать свои предложения по поводу обустройства дома, и от этого на моих губах появилась теплая улыбка. Я смотрел на нее и не мог оторвать взгляда - ее глаза наконец-то вновь стали обретать цвет, ведь совсем недавно они были тусклыми, словно безжизненными.
Закончив обедать, я убрал со стола всю посуду в раковину, оставив ее мойку на потом, а после вновь вернулся к Львице, беря ее за руку.
- Ты не видела еще главной достопримечательности этого дома.
Я повел ее за собой на второй этаж, где был выход на длинный балкон, украшенный живыми цветами. Отсюда действительно открывался прекрасный вид. Весь Уилтшир был словно на ладони, обрамленный густым лесом. Подойдя к девушке со спины, я обнял ее , прижимая к себе и склонился к уху.
- Тебе правда здесь нравится?
Тихо спросил я, вновь наблюдая за тем, как девушка привыкает к новым впечатлениям.

+1

5

Погрузившись в объятия человека, который на сегодняшний день был для меня самым родным на свете, я наконец почувствовала, что я дома. Мне нравилось все, что сейчас окружало меня, ведь именно об этом я когда-то и мечтала. Уютный, неброский интерьер, просторные комнаты и много места. Раньше я думала, что именно в таком доме и будут бегать мои дети, но сейчас я почти оставила мечту иметь этих самых детей. А если у меня снова будет обострение шизофрении? А если она перейдет по наследству моему ребенку? Да и после того, как мой сын умер на девятом месяце жизни внутри меня, могу ли я вообще иметь детей? Мы с Максимом не разговаривали на эту тему, но пока мне было слишком сложно, слишком тяжело об этом говорить. Да и Макс, он любит меня, безумно любит, но сколько уже он приобрел седых волос, находясь рядом со мной? Могу ли я обрекать его на очередной стресс? Нет - я не имела права. Но даже если у нас не будет детей, друг у друга будем мы, а теперь еще и наша собака. Я прикрыла глаза, греясь теплом мужчины. В ответ на его слова я вновь их открыла, улыбаясь.
- Мне уже здесь нравится.
Я обхватила его руки своими, ласково поглаживая его кожу.
- Хорошо. Я пожалуй этим и займусь, а заодно и все осмотрю.
Сначала я прошлась по первому этажу, на котором располагалась гостиная, кухня, столовая и небольшая библиотека, а потом поднялась по чуть поскрипывающей лестнице на второй этаж, где была ванная, две спальни и небольшая, но уютная комната отдыха с бильярдным столом. Остановившись в нашей спальне я разобрала вещи, разложив их в комод или развешав в шкаф, а потом на миг упала на мягкую кровать, смотря в окно, на свинцовые тучи, что постепенно заволакивали небо. Наверное так хорошо лежать здесь, слушать как там за окном свирепствует стихия приближающейся осени, греться теплым одеялом. Я надеялась, что здесь мы действительно начнем с чистого листа. Конечно мы не забудем все произошедшее, но постепенно острые углы сгладятся, останутся позади и не будут преследовать в ночных кошмарах нас обоих. Максим стоял на пороге и я обернулась в его сторону, любуясь его сильной фигурой.
- Угу. Наверное, я съела бы целого слона.
С улыбкой ответила я, переворачиваясь сначала на живот, а потом сползая на пол и поднимаясь на ноги. Я еще немного побродила по второму этажу, умылась прохладной водой и привыкала к тому, что могу перемещаться так, как мне хочется и за мной не следят камеры или медперсонал. Почувствовав аромат еды с кухни я услышала, как у меня в животе заурчало и поспешила спуститься вниз, где к моим ногам тут же прилип любопытный малыш, пытаясь укусить за пятку. Остановившись на пороге кухни я замерла, глядя, как Максим ловко управляется с готовкой.
- Пахнет изумительно.
Весело сказала я, тут же замечаю как мужчина оборачивается и глаза его теплеют. Я тут же проследовала за стол, и стоило Максиму подать мне тарелку с ароматной яичницей, как я отломила кусочек хлеба и погрузила его в ярко-желтую жидкость недожаренного желтка, чтобы потом с удовольствием втянуть хлебушек в рот. Это было божественно вкусно особенно после довольно пресной еды в больнице. Пока мы наслаждались ужином, я поддерживала непринужденный разговор с Максом. Давно у нас такого не было - спокойствия. В ответ на его вопрос я задумалась.
- Нууу, я думаю, что можно купить для малыша игрушки и все такое. У меня никогда не было собаки, но думаю если что нам все подскажут, да?
Я доела бекон, после чего осмотрелась вокруг.
- И еще я бы купила что-нибудь для дома. Ну знаешь там, шторы, скатерти, какие-нибудь вазочки и всякое такое. И в книжный нужно еще зайти, обязательно. А еще хочу те ароматные флакончики с гелями для душа и пену для ванны. И свечи. И диски с фильмами.
Я не знала, есть ли у нас на все это деньги, ведь мое лечение наверняка обошлось Максиму очень дорого, но я надеялась, что совсем немножко мы можем себе позволить. Максим никогда не упрекал меня отсутствием работы, а я хотела со временем попробовать стать преподавателем в университете, мне всегда хотелось учить других. Конечно не сразу, но вдруг у меня получится. Когда Максим протянул мне руку, я доверчиво пошла за ним на второй этаж, а оттуда на балкон и замерла, оглядывая прекрасный пейзаж. Мужчина обнял меня со спины и я положила свои руки поверх его, приглядываясь к домикам, что были рассыпаны вокруг, точно игрушечные.
- Ой смотри, вон там дом твоей сестры да? А вот тот ее подруги. Здоров как.
Я извернулась в руках мужчины, тут же прижимаясь к его губам своими, с задорной улыбкой.
- Эй, тут замечательно. Нам с Лаки нравится. Однозначно.

+1

6

Мне казалось, что все это сон. Она смеялась, искренне, а глаза блестели так, что я мог смотреть только на них. Моя Лайонин, та, которой она была когда-то давно. Мне еще с трудом верилось, что наша жизнь начала меняться. Теперь у нас был дом, собака, а Львица, казалось, было счастлива. По-крайней мере я надеялся. Мне нужно было расслабиться, насладиться спокойным течением нашей жизни и поверить в то, что теперь все хорошо. Я говорил себе об этом каждый раз, прогоняя все неприятные мысли прочь. Когда Лайонин взяла гитару, она была похожа на ребенка. Счастливая, улыбчивая, она держала ее так трепетно, словно это именно то, чего она хотела всю жизнь. Я расплатился на кассе, после чего мы наконец-то вышли из шумного торгового центра на парковку, где я переместил пакеты в машину. Багажника оказалось слишком мало, чтобы уместить в нем все, поэтом пришлось еще и заднее сиденье заставить под завязку, а когда мы сели внутрь, то я уже собрался запускать мотор, чтобы двинуться в сторону дома, как меня неожиданно заключили в объятия. Я улыбнулся, целуя девушку в рыжую макушку.
- У тебя теперь много времени для этого.
Мы попали в самый час пик, когда люди возвращались с работы домой, поэтом довольно долго простояли в пробке. По радио играла тихая музыку, затмевая тишину в салоне, мы периодически переговаривались о всяких пустяках и мне наконец-то стало спокойнее. Сейчас все казалось настолько обычным и это радовало. Мне нравилось слушать о дальнейших планах девушки, сидя в автомобиле по пути домой из торгового комплекса, где часом ранее она сваливала в тележку почти все продукты с витрин. Сейчас мы вернемся в наш дом, где она будет играть на гитаре, вспоминая аккорды своих песен, а я готовить ужин. Наверное, о другом я просто не мог мечтать. Я очень любил Лайонин и был рад делить с ней свою жизнь.
Стоило нам только выехать за город, как дорога практически опустела и нам не составило особого труда скорее добраться до дома. Припарковав машину на подъездной дорожке, я вручил в руки девушке, что порывалась помочь с пакетами, гитару и отправил в дом, а затем сам в несколько подходов все занес. Львица уже расположилась в гостиной, настраивая струны инструмента, я вновь замер позади нее, подаваясь легкому порыву. Мои руки накрыли ее плечи, пальцами ощущая, как выступают косточки из-под тонкой одежды, а губы снова коснулись ее волос.
- Замерзла?
В доме действительно еще было прохладно. Он слишком долго пустовал, поэтому сейчас потребуется немного времени, чтобы он прогрелся. Оторвавшись от Лайонин, я направился к камину, где разжег его, наблюдая, как практически сразу поленья вспыхиваю ярким пламенем. В комнату, ковыляя, пробрался щенок, тут же укладываясь у ног своей новой хозяйки, а я снова отправился на кухню.
- Если что-то потребуется - позови.
Улыбнулся я рыжеволосой, но девушка настолько была увлечена, что ответила мне лишь кивком головы. Я тем временем разобрал пакеты, раскладывая все по своим местам. Мне потребовалось на это прилично времени и я даже удивился, как это все поместилось в машину. Затем я приступил к готовке нормального ужина, ведь днем успели только перекусить яичницей. С гостиной доносились сначала обрывки мелодии, затем полноценная музыка, а вскоре на нее наложился еще и голос Лайонин. Я снова улыбнулся, ощущая, как внутри разливается тепло. Раньше она всегда пела, когда мы собирались нашими компаниями, а я не мог наслушаться ее песен. Я готов был часами сидеть рядом с ней, чтобы наслаждаться ее голосом и сейчас ко мне вновь вернулось это забытое чувство.
Кода еда была приготовлена, я вошел в гостиную и еще какое-то время стоял на пороге, оперевшись на дверной косяк и слушая пение Лайонин, а когда она прервалась, переводя на меня дыхание, я поинтересовался с улыбкой.
- Ужин будешь?
Но девушка ответила, что позже, поэтому я вернулся на кухню, чтобы сделать две кружки какао. Добавив туда маршмеллоу, я подхватил их и вновь вернулся в гостиную. Установив кружки на стол, я сел на ковер возле камина, протягивая Лайонин руку.
- Иди ко мне.
Стоило ей опуститься на пол, как я тут же притянул девушку к себе, поворачивая спиной и обвивая руками ее талию. Рыжеволосая еще какое-то время перебирала струнами гитары. Мы периодически о чем-то переговаривались, смеялись и чувствовали себя расслабленно, обогретые теплом камина и объятиями друг друга.
Склонившись, я оставил легкий поцелуй на плече Лайонин, после чего осторожно переместился чуть выше, на шею, где футболка больше не прикрывала гладкую кожу, и снова выше, касаясь губами мочки ее уха. Пальцы гладили тело девушки, вырисовывая витиеватые узоры на ее животе. Стоило ей обернуть ко мне лицо, как я тут же поцеловал ее, сминая губы в горячем поцелуе, жадно и напористым, но в то же время чувственным, словно передавая ей свои чувства в этом поцелуе, показывая, как сильно мне ее не хватало, как сильно я скучал и как сильно я ее любил. Она была моим глотком воздуха, который жизненно необходим, моей жизнью, моей девушкой, которую я хотел сделать по-настоящему счастливой.

+1

7

Домой мы добирались долго, потому что были пробки, но это меня не волновало. Я смотрела на порыжевшие деревья за окнами, слушала какую-то тихую мелодию, что доносилась из колонок, и чувствовала, что все хорошо. В моих руках была гитара, дома, у нас дома, нас ждала собака, Максим был рядом со мной, а что еще я могла бы пожелать себе сейчас? Мы болтали о каких-то мелочах, размышляли о том, куда можно повесить картины купленные сегодня и стоит ли устраивать новоселье. Как давно у нас не было такой простой, такой обыденной жизни?
Я даже не заметила, как мы доехали до дома и попыталась помочь Максиму с пакетами, но он лишь отдал мне мою гитару, отправляя в дом, где Лаки тут де бросился мне под ноги. Я подняла малыша на руки и усадила к себе на колени, а сама села на диван в гостиной. Немного поиграв с щенком, пока Макс носил пакеты, я отпустила малыша дальше бегать и все исследовать, а сама взяла гитару в руки. Мои пальцы нежно коснулись струн, словно те были живые. Я начала подкручивать колки, настраивать инструмент под себя. Почувствовав руки мужчины на своих плечах я слегка прикрыла глаза, шумно вздыхая и ощущая его горячие пальцы на своей коже.
- Немного.
Я очень сильно похудела в больнице, так что сейчас даже когда я была в свитере, штанах и теплых носках, мне все-равно было немного прохладно. Макс отошел к камину и ему потребовалось пара минут всего, чтобы его зажечь. Сразу стало гораздо уютнее и я улыбнулась.
- Да, спасибо.
Я долго настраивала гитару, потом пробовала аккорды и наконец заиграла одну из старых, горячо любимых мной песен битлс про девушку в Норвежском лесу. Песню, что послужила сюжетом одноименной книге Мураками.
- I once had a girl, Or should I say she once had me. She showed me her room. Isn't it good Norwegian wood?
Раньше я часто пела эту песню в компании и люди подпевали, распивая пиво. Сложно представить, но раньше, когда мы ходили в позоды мы пели даже всем известную песню о Боге, что дети поют в школьных лагерях. Сейчас у меня не было таких друзей, была лишь шумная компания сестры Максима и ее подруги, но их развлечения мне претили. Напиться и поставить на уши весь город, это не для меня. Мне нравилось обсуждать книги, нравилась природа и нравилось более спокойной времяпрепровождение. Наверное от того мне до сих пор и было грустно - мы не подружимся, ведь каждый раз когда мы собирались все вместе, девушки только и пытались, что напоить меня и заставить делать то, что мне не нравится. Но это семья Максима, а семью не выбирают. Сам Максим отличался от них и это главное. Я не знаю, сколько спела песен уснувшему щенку, прежде чем почувствовала на себе взгляд Максима. Я обернулась на него с легкой улыбкой.
- Буду, но попозже.
Есть мне пока и правда не хотелось, ведь организм привык получать пищу маленькими порциями. Максим на пару минут ушел, а после вернулся с двумя кружками какао, что пахли так заманчиво. Он сел на ковер у камина и протянул мне руку, так что я отложила гитару и подошла к нему, опускаясь рядом на пол. Максим тут же притянул меня к себе, обнимая сзади за плечи, а я облокотилась о его тело, неотрывно глядя на огонь. Мы пили какао, о чем-то говорили, под треск поленьев в огне. Почувствовав поцелуй на своем плече я вздрогнула, и тут же почувствовала, как сердце забилось быстрее. Мне не хватало его поцелуев, его ласки, его тела. Я так скучала по всему этому. Его губы взбирались выше по шее, потом коснулись уха и когда я повернулась к нему с улыбкой, его губы тут же накрыли мои, а руки сильнее сжали мою талию. Я в ответ обняла ладонями его лицо, возвращая ему его же страсть, отдавая ему всю себя. Я не знаю, как мы оказались на ковре, как его тело прижало меня к этому мягкому ворсу. Мой свитер задрался, оголяя живот, на который тут же легла тяжелая ладонь. Мы не прекращали поцелуя, но мои руки легли на плечи мужчины, стягивая с него кофту. Мне так хотелось ощутить его тела, гладкость его кожи, мускулы под ней. Мои пальцы скользили по его рукам, груди, будто снова открывая его для себя, снова изучая. Внизу живота было так горячо, так болезненно, что это сводило меня с ума. Я не хотела торопиться, но торопилась, расстегивая пряжку его ремня, пока он стаскивал с меня свитер вместе с топом. Его губы накрыли мою грудь, а мои пальцы вцепились в его плечи. Я откинула голову, тихо застонав от забытых прикосновений. Он целовал мои ключицы, шею, грудь и живот, пока его руки освобождали меня от оставшейся одежды, пока пальцы проникали туда, где было так горячо. Я отдавалась ему всем телом и душой, изгибалась ему на встречу, жадно ловила каждый поцелуй. Когда он добрался до низа живота губами, то я прикусила до крови губу, чтобы не закричать и не разбудить любопытного щенка. Я столько раз растворялась в экстазе в его руках, что все таки вскрикнула, когда он наполнил меня собой. Его движения были не слишком быстрые, но властные и сильные. Я цеплялась за его шею, словно боясь упасть.
- Я люблю тебя.
Тихо шептала я, гладя его спину, лаская губами его ухо, прикусывая кожу его шеи.

0

8

Легкая дрожь пронзила меня от головы до пят, стоило девушке поцеловать меня так же горячо и жадно. Мои руки гладили и ласкали ее тело, пробираясь под кофту и касаясь нежной кожи. Она была такая худая, кажется, что я мог прощупать каждый ее позвонок, но вскоре все изменится, вскоре она пойдет на поправку. Время для нас остановилось. Я терзал ее губы, увлекая язык в причудливый танец. Мысли в голове спутались, словно какой-то вязки туман заполнил сознание. Она была здесь, была рядом со мной, в моих объятиях, большего мне не нужно было. Наши тела истосковались друг по другу, нам не хотелось ждать, мы срывали наши одежды, разрывая поцелуй лишь на миг. Она лежала передо мной такая хрупкая, такая желанная, моя. Сначала мои руки накрыли ее грудь, а затем стали спускаться ниже и на их место пришли губы, что нежно целовали ореолы. Я заново изучал ее тело, проходил горячими ладонями по ее талии, животу, опускаясь все ниже, а за ними следовали и губы. Мне не хотелось пропускать и сантиметра ее тело, я целовал каждую клеточку. Избавив ее от последней одежды, я коснулся губами там, где было сосредоточено все ее возбуждение. Я ласкал ее нежно, неторопливо, ловя каждые выпади, слушая сладкие стоны. Мои руки продолжали скользить по ее телу, пока не остановились на груди, слегка ее сжимая. Она застонала, выгибаясь мне на встречу, после чего я слегка отстранился, вновь целуя ее живот. Одна рука скользнула ниже, после чего я проник в девушку пальцами, ощущая ее жар и легкую пульсацию. Я терзал ее ласками, пока она вновь не сжалась, получая очередную разрядку. Тогда я вернулся к ее губам, а затем наполнил ее собой, чувствуя, как еще сильнее начинает дрожать мое тело. Я шумно выдохнул, начиная двигать медленно, но властно и сильно. Мне хотелось слиться с ней в единое целое, мне было мало. Пальцы скользили по ее груди, сжимали тонкие плечи, губы целовали шею, ключицы. Я замер лишь на мгновение возле ее губ, чтобы ответить на ее слова.
- Я тоже тебя люблю.
Я начинал двигаться все быстрее, пока Лайонин не получила очередную разрядку, тогда я остановился. Дыхание было сбивчивым, обжигающим, но я чувствовал, что тоже готов был последовать за ней, мне не хотелось завершать это, хотелось продлить удовольствие. Пару минут я лишь продолжал целовать девушку, позволяя ей прийти в себя, после чего поднялся и сел на колени, увлекая рыжеволосую за собой. Она села на мои бедра, тут же обвивая шею руками, а мои пальцы сжали ее ягодицы, побуждая на движения. Это больше было похоже на танец в свете огня, что горел в камине. Наши тела покрылись испариной, нам было жарко, но мы не прекращали. Мои руки обнимали ее талию, гладили по спине, губы терзали шею. Я не знаю, сколько прошло времени прежде, чем наш стон слился в один и мы замерли, обнимая друг друга и тяжело дыша.
Я осторожно опустил девушку на пол и тут же лег рядом, поворачивая к себе спиной. Мои пальцы блуждали по линиям ее фигуры, совсем невесомо, практически не касаясь, а губы целовали плечо.
- Я очень рад, что мы снова вместе.
Тихо произнес я, после чего последовал еще один поцелуй. Мы еще некоторое время лежали так, пока к нам не присоединился Лаки, что тут же принялся нализывать лицо девушки и шуточно на нее нападать. Оставив смеющуюся Лайонин с ее щенком, я поднялся на ноги, после чего надел штаны и вышел на кухню. Ужин уже давно остыл, поэтому я разложил его по тарелкам и поставил в микроволновку, параллельно нарезая хлеб и разливая сок по стаканам. Когда все было сделано, я перенес еду в гостиную, не желая нарушать уют и составил на журнальный столик, усаживаясь на пол перед ним. Девушка тоже присоединилась ко мне.
- У тебя уже есть какие-нибудь планы, чем будешь заниматься? Или может быть желания?
Мне было интересно, чего еще хочет Лайонин, ведь с повышением в должности у меня прибавилось ответственности, а значит и на работе я буду пропадать так же часто, так что мне не хотелось, чтобы девушка постоянно сидела в четырех стенах. Я выслушал слова девушки, а потом заметил, как ее глаза вдруг погрустнели. Я понимал, что ей с таким делом действительно будет сложно найти работу, но я и не хотел ее туда гнать. Она слишком много времени потратила на борьбу с собственной болезнью, чтобы теперь тратить его в том месте, которое ей будет не по душе.
- Слушай, а вообще чем ты хочешь заниматься? Наверняка ты видишь себя не продавцом в магазине.
Ее лечащий врач сразу дал понять, что шизофрения Лайонин купирована, хоть она и не избавилась от нее до конца. Она может проявиться вновь через месяц, а может и вовсе не напоминать о себе до самой старости. Но торопиться не стоит, ее организму нужен отдых и делать все нужно постепенно. Я внимательно выслушал слова девушки, после чего легко улыбнулся.
- Мы обязательно что-нибудь придумаем.
Я вновь потянулся к девушке, мягко целуя ее в лоб.
Мы еще немного поболтали о простых мелочах, после чего я убрал посуду, помыл ее и вновь вернулся к девушке. На дворе уже стояла ночь, да и ее глаза казались уставшими, поэтому я взял рыжеволосую за руку и повел на второй этаж в нашу спальню. Укрывшись одеялом, я притянул ее к себе, после чего практически сразу провалился в сон.

0

9

Это все превратилось в какой-то жаркий танец, подвластный только нам двоим. Я упивалась тем чувством, что мы наконец-то вместе, что мы единое целое, один организм. Я встречала выпады его бедер, изгибаясь ему навстречу, пока восторг не затопил меня, а позже мы поменялись местами и теперь я была сверху, начиная свои движения. Мы целовались, утопая в нежности друг-друга, не думая ни о чем, пока оба не получили разрядку. Максим уложил меня на пушистый ковер, оставляя лежать и обнял со спины, целуя в шею и гладя мое тело. Я взяла его ладонь в руки, запечатлев на ней свой поцелуй, как знак величайшей нежности, которую к нему испытываю. Я посмотрела ему в глаза, изогнувшись.
- Я счастлива.
Тихо ответила и я это было так. Я долгое время блуждала в темноте, в лабиринтах своего воспаленного сознания, но я знала, что никогда не была одна, он все время был рядом со мной. Поддерживал меня, успокаивал и утешал, сохранял жизнь в моем истощенном теле. Его голос я слышала даже сквозь ту боль, что заполняла меня до краев. Тогда я была просто сжавшимся в комок ребенком, что сидел в углу посреди зияющей бездны темноты, пока кто-то другой принимал решение, кто-то другой руководил телом. Только ради этого голоса, только ради его любви я вышла на поверхность, скинув с себя оковы страданий, чтобы быть рядом с ним. Я знала, что наверное мне отведено не так много времени, которое я могу быть в своем сознании, я знала, что рано или поздно это закончится и что в следующий раз я не смогу выплыть на поверхность, но я старалась насладиться каждой минутой, проведенной с ним. Я мечтала о том, что может быть когда-нибудь я подарю жизнь еще одному человеку, ребенку, которого в этот раз я смогу уберечь, чтобы не случилось, но пока я не смогла бы ему ничего дать. Я хотела быть матерью, хотела быть женой, хотела прожить столько, сколько это возможно. Я знала, что ремиссия временна, что рано или поздно расплата за эти счастливые мгновения накроет меня с головой. Знала, что в глубине меня живет озлобленное существо, израненное, задыхающееся болью. Знала, что та, другая, хочет лишь умереть, искалеченная своей потерянной любовью. Она считает меня предательницей, она хочет избавиться от меня. Но пока она надежна скрыта на задворках моего разума и может быть в будущем появятся более современные лекарства, которые раз и навсегда помогут мне стать самой собой. Но даже если этого ни случится, я ни о чем не буду жалеть. Мне с ним, ничего не жаль.
Мы еще некоторое время лежали так, пока не проснулся Лаки и тогда Макс поднялся, натягивая штаны и я поспешила одеться, подхватывая на руки маленького проказника. Уходить из гостиной не хотелось и Максу видимо тоже, так что он принес еду сюда, заставив ей журнальный столик. Мы расположились вокруг него, приступая к трапезе и некоторое время молчали. Выслушав Максима я сделала глоток сока, а потом пожала плечами. Я действительно еще не знала, что собираюсь делать дальше.
- Ммм, даже не знаю. Посижу немного дома, буду воспитывать Лаки, а потом... хотелось бы найти какую-нибудь работу, может на неполный день, но не думаю, что это возможно.
Мне стало немного грустно от того, что я действительно вряд ли смогу приносить какую-то пользу, так и оставаясь домашним растением. Но я ничего не могла с собой поделать, я еще была не готова покидать эти стены в одиночестве. Я понимала. что Максим не осуждает меня, но я все равно чувствовала себя беззащитной и растерянной, особенно когда его не было рядом. Конечно я не могла попросить его быть со мной постоянно, это было невозможным, а с моей стороны еще очень эгоистичным. Рано или поздно он устанет от меня, если будет ко мне прикован. Никакая любовь этого не выдержит, так что я промолчала, не решаясь больше ничего сказать, но он продолжил сам.
- Не знаю. Я бы хотела работать в приюте для животных, или в доме престарелых, или может даже в больнице. Я бы хотела...спокойной работы, которая делает кого-то счастливее.
Я хотела немногого и пусть у меня было образование, я думаю что не каждый возьмет к себе на работу девушку с диагнозом шизофрения. Более того, скорее всего на это вообще никто не согласится. Мне стало грустно. грустно и больно, но Максим был рядом. Он поцеловал меня в лоб говоря о том, что мы обязательно что-нибудь придумаем и я ему верила. Стоило нам закончить ужин, как мужчина отправился мыть посуду, а после взял меня за руку, уводя за собой в спальню. Лаки последовал за нами, укладываясь на подстилку возле кровати, так что я могла свесить руку и гладить пушистую шерсть. Максим уже уснул, а я долго лежала без сна, думая о том, что дальше будет с моей жизнью. Щенок заворочался и легко укусил мой палец, так что я улыбнулась и наконец убрала руку, укладывая ее под голову, чтобы тоже попытаться уснуть.

0


Вы здесь » Dawn of Life » Коттеджный поселок "Wiltshire" » Дом Максима Тернера и Лайонин Эванс


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC