Рады приветствовать вас в Монреале, дорогие друзья. Декабрь, как это часто бывает наступил очень быстро, но это не может не радовать, ведь приближается рождество, которого так ждут и взрослые и дети. Учеба в Стоунбруке остановилась и студенты, сдавшие последние хвосты, отправились на Рождественские каникулы. В общежитии университета остались только те, кто собирается на ежегодную вечеринку в доме капитана баскетбольной команды и кстати должны вам сказать, это поистине грандиозное событие! В Стоунбруке, кстати, состоится ежегодный прием для преподавателей и отличившихся студентов, а также празднования ожидаются по всем заведениям города. Так что вперед - дерзайте и окунитесь в атмосферу предрождественского веселья! С наступающим вас!
Температура воздуха держится в рамках - 20 градусов ночью и - 14 градусов днем. Также столбики термометров не поднимаются выше - 5 градусов. Высокая влажность воздуха, частые снегопады, сильный северный ветер, что приходит с моря.

Gabriella Crawford
Главный судья во всех спорах, конкурсах и выборах. Серый кардинал проекта. Помочь сможет, если правильно попросите.
Kessedi Fox
Главный и самый добрый администратор. Супер скилл - призывать всех к порядку. Ответит по всем вопросам, поможет во всем разобраться и научит вас быть лапочками.

Dominica Bren
Суровая мать всех игроков. Занимается начислением зарплат и тайной разведкой. Обращаться по вопросам можно, но осторожно.
Natalie Wayne
И в очередной раз лучшей девушкой месяца становится та самая девчонка, о которой все постоянно говорят на переменах. Кто-то считает ее вертихвосткой, что встречается с двумя парнями разом, кто-то советует брать с нее пример и не оглядываться на чужое мнение. И все таки Натали остается загадкой для всех, и слухи развенчивать, кажется, совсем не собирается.
Ebenezer Regen и Theodora McAllister
Вампир и оборотень - враги, это знает каждый с малых лет. Но что происходит, если оборотень вдруг запечатляется на вампире? А если вампир вовсе не собирается сворачивать незадачливой волчице шею? Эти отношения странные и противоестественные, но имеют ли эти двое право на то, чтобы бороться за них?
Andre Persperago
Этот мужчина преедл мечтаний половины населения Монреаля. Он красив, богат и галантен, он производит впечатление того самого прекрасного принца, которого каждая девочка ждет с малых лет. Но так ли он идеален, если его невеста льет слезы и уезжает прочь из дома? А может принцы, это действительно лишь миф?
Alexander Keller и Elsa Hunter
Что может обычная смертная девушка против одного из сильнейших вампиров в городе? Казалось бы, совсем ничего, но мисс Хантер упорно добивалась победы, стараясь разоблачить своего декана. Только в итоге ее победа оказалась ее же поражением, ведь она еще не знает, что Александр не собирается отпускать ту, что заставила его улыбаться.
Leonard Lykke
Это не было просьбой остаться, но подразумевало ее. Не знаю почему мне было это так нужно. Просто я не хотел оставаться один. Я всегда был один, будучи даже окруженный огромной толпой и я боялся одиночества. Всегда боялся и всегда страдал от него. Мне необходимо было, чтобы кто-то всегда был рядом не имея выбора. Вот почему я выбрал ее, вот почему мне нужна была она. Она не сможет меня оставить. Не сможет даже если захочет.

Dawn of Life

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dawn of Life » Новый Монреаль » Аэропорт


Аэропорт

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

http://sd.uploads.ru/epRMD.jpg
Радостные встречи, жаркие объятия, слезливые прощания. Говорят, что аэропорт слышал больше искренних слов и признаний в любви, чем церковь. И видел больше пролитых слез, чем любой госпиталь.

0

2

Я любила его. Господи как безумно, как неистово, как отчаянно я любила этого человека. Мне хотелось кричать об этом, но крик замирал еще где-то в груди и с губ срывалось лишь горячее дыхание, всего-лишь отголосок. Я смотрела на человека, любовь к которому изменила меня, дала мне сил, сделала меня отчасти той, кем я сейчас являюсь. Это чувство не поддается логике, его невозможно приручить и подчинить себе, хотя раньше я думала совсем иначе. Внутри меня был словно ураган эмоций, сметающий все на своем пути и погружающий меня на дно штормящего океана. Мне мучительно не хватало воздуха и каждый грохочущий удар сердца, отсчитывающий секунды до разлуки, был словно колокол набата для человека, которого вели на казнь. Пол года назад я нашла в себе силы покинуть этого мужчину, уехать от него как можно дальше, обещав себе не оглядываться назад. А сейчас? Слабая и безвольная, куда же делась моя гордость, моя сила духа, моя отвага? Я смотрела на него и в моей душе расцветала весна, отогревая оттепелью заиндевевшее сердце.
Я знала, что этот суровый мужчина никогда не будет моим. За его плечами тень прожитых лет, жена, ребенок, карьера. У меня не было ничего, кроме неутомимой жажды знаний, живости ума и рыжего кота с растрепанной шерстью. Мир был открыт для меня недавно, а перед ним еще десятилетие назад распахнул свои двери. Пусть мы с ним были во многом похожи, все равно оставались разными, созвучными, непарными - как сонорные гласные в алфавите. Я знала, что мою боль понять и утешить не может даже сестра, которая оказалась в подобной ситуации. Знала, что мою любовь не одобрит никто из знакомых, что никогда не поймут родители и что злые языки всегда будут ужами увиваться у меня за спиной. Я готова была отвернуться от целого мира ради этого человека, ради этого мужчины, в чьих глубоких, темно-карих глазах плескалась мудрость и отстраненность. Я помню ту вспышку безумия, которая однажды охватила его рядом со мной, помню его горячие губы, его руки, что сжимали мою талию с таким неистовством. Помню, как он уткнулся лбом в мое плечо и сжимал зубы осознавая, как сильно я была необходима ему в этот момент. Мой любимый мужчина - терзаемый призраками своего прошлого, убежденный, что обречен на одиночество до остатка своих дней, неприступный и отстраненный, не впускающий меня в свое сердце. Сколько боли он пережил, как одинок он был, как глубока была его затаенная печаль. Я отдала бы свою душу по маленьким кусочкам, пряла бы нити из нее лишь для того, чтобы окутать его израненное сердце, если бы только ему было это нужно. Там, вдалеке от него, в родном городе я так неистово скучала, что старалась взять как можно больше работы на себя, чтобы отвлечься, чтобы не вспоминать, чтобы не думать. Но он не отпускал меня, приходил ко мне во снах, и я тянула к нему руки, а он ломал мои пальцы своим молчанием. Я убеждала себя что отказаться от него, это правильное решение, но душа моя израненной птицей билась о ребра и надрывно кричала. Это была совокупность, многоликая и многоярусная боль, мой персональный ад, в котором я задыхалась день ото дня, не видя выхода. А сейчас я здесь, я рядом с ним, пусть лишь на краткий миг, вырванный из его времени. Когда я заговорила о том, что у нас слишком мало времени то на миг позволила себе мечту о том, что он попросит меня остаться. Что попросит меня не уходить. Но мечты в очередной раз разбились, словно хрупкое стекло, когда он тихим голосом предложил отвезти меня в аэропорт. Я чувствовала, как предательские, горячие слезы подступают к глазам. Мне хотелось смахнуть их, но я лишь вздернула подбородок, заставляя себя улыбаться. Наивная, глупая девчонка, неужели я думала, что пол года разлуки что-то изменят? Неужели я смела надеяться на то, что заняла какое-то, хотя бы самое крошечное место в его сердце? Этот гордый мужчина никогда бы не стал ни о чем просить меня, как никогда не позволил бы мне остаться подле него. Любовь невозможно получить силой и я прекрасно понимала это. Его сердце было закрыто для меня, неприступно, как гранитный утес, которые возвышаются на пляжах Эдинбурга. Мой голос не дрогнул, когда я кивая давала ответ.
- Это было бы замечательно, я очень вам благодарна.
Я первой поднялась из-за стола, но не успела даже достать кошелька, как профессор вложил купюры в книжку со счетом и тоже встал на ноги, давая мне возможность первой двигаться на выход. Сердце бешено стучало в груди и я чувствовала себя преступницей, которую ведут на эшафот. Незаметно для мужчины, что шел за моей спиной я смахнула с глаз слезы отчаяния и боли, которые так и не отпускали, которые продолжали меня душить. Словно маленькой девочке мне хотелось разрыдаться и броситься к нему на грудь с мольбами о том, чтобы он не отпускал меня - никогда не отпускал. Но нет, крупицы той гордости, что еще оставались во мне твердили о том, что нужно держать голову высоко поднятой и не показывать ему свою слабость. Пусть запомнит меня взрослой и сильной, умеющей одолевать свои эмоции. Слезам я дам волю, как только самолет взлетит, оставляя туманный Эдинбург за моей спиной, на этот раз навсегда. Перед тем, как решиться на очередную встречу с профессором я дала себе клятву, что эта попытка будет последней. Что я никогда, никогда больше не появлюсь в этом городе, в этом госпитале и в этом кабинете, расположение мебели и вещей в котором изучила до мелочей. Я буду жить дальше и пусть не смогу выйти замуж, пусть не смогу быть счастливой, как женщина, я посвящу себя работе и всем тем, кому буду способна помочь. Моя бабушка часто говорила мне, что я слишком умна для того, чтобы хоронить себя в стенах семейного дома и качать в колыбели детей. Кто бы мог подумать, что ее слова окажутся пророческими. Несмотря на то, что мои близкие утверждали, что со временем эта любовь отпустит меня и я встречу свое спокойное счастье я знала, что этого никогда не случится. Я всегда любила этого мужчину, и всегда буду любить его, несмотря ни на что. Прогорклая тяжесть камнем лежала на моей душе, пока мы, не говоря ни слова, ехали в сторону аэропорта. Я смотрела в окно, стараясь запечатлеть в своей памяти каждую улицу, каждое здание, что были так милы моему сердцу. Покидая профессора я покидаю и сам Эдинбург, навсегда оставляя его лишь в своих воспоминаниях. Наверное, будь я немного слабее, то уже выла бы от бессилия, страха и отчаяния, но сейчас с губ моих не слетало ни слова. Когда небоскребы расступились и выпустили машину за город, сумерки уже окутывали город и огни взлетной полосы аэропорта виднелись вдали, точно маяк. Я судорожно вдохнула, стараясь унять дрожь в заледеневших руках, старалась заставить себя что-то сказать, но не могла. Не могла произнести и звука. Мы подъехали плавно и слишком быстро, гравий с тихим шорохом поддался тяжести колес, стоило автомобилю остановиться на парковке. машин было мало, а сентябрьский ветер принес с собой тучи, что косым и мелким дождем пролились на землю. Тишина стояла такая оглушающая что я слышала эти мерные постукивания по стеклу. Казалось бы, что даже сам город ронял слезы, прощаясь со мной.
- Пора прощаться.
Тихо сказала я, протягивая свою ледяную ладонь для рукопожатия. Вот и все. Последнее прикосновение, которое я запомню. И я не расплачусь, я ни за что не позволю себе плакать. Спустя какое-то мгновение, мои пальцы встречаются с его - аристократически длинными, горячими и гибкими, словно ивовые ветви. Он легко сжимает мою руку, глядя мне прямо в глаза и я первой решаюсь разорвать эту близость. От нее мне еще больнее. Мне хотелось в очередной раз сказать ему о своей любви, обещать вернуться, но я знала, что этого делать нельзя. Он напряженно усмехнулся сказав о том, что люди прощаются только когда уходят навсегда и я смело и решительно встретила его взгляд.
- Я больше никогда не вернусь в Эдинбург, профессор. Более того, я покину Британию меньше чем через месяц.
Да. Это было самым правильным решением. Я долго обдумывала те предложения, что поступили мне на конференции, где мы с профессором танцевали в первый и последний раз, и остановила свой выбор на Германии. Мне лучше уехать как можно дальше, уничтожить любую возможность личной встречи, навсегда вычеркнуть эти шесть лет из своей жизни. И никогда к ним не возвращаться. Видимо, мои слова удивили его, но он не подал вида, лишь на миг явив мне свою растерянность. Нежность к этому мужчине окутала меня и я мягко улыбнулась, протянув руку и положив холодную ладонь на его щеку. большим пальцем я прочертила линию его скул, глядя прямо в глаза и благодаря за то, что он не отталкивает меня прямо сейчас, прямо в этот момент. Мне хотелось, чтобы этот миг навсегда отпечатался в нашей памяти как напоминание о том, чего так и не случилось. О том, что могло бы быть и чего не было. Я еле заметно подалась вперед, приближаясь к его лицу и закрыла глаза, оставляя на его губах сухой и горячий поцелуй, отчаянный и последний.
- Прощайте, профессор.
Прошептала я в его губы, прежде чем отстраниться и в последний раз посмотреть в эти глаза.

0

3

Стрелки часов предательски быстро бежали вперед, говоря нам о том, что скоро настанет пора прощаться. Оплатив счет, я встал из-за стола, пропуская девушку вперед. Как странно, я относился к этой девушке, как к чему-то само собой разумеющемуся. Настолько привык к ее присутствию, что с утра на планерке со студентами, я готовлюсь к очередному шквалу различных вопрос, но когда их не слышу, вспоминаю, что она больше не моя студентка, и что она покинула Эдинбург, унося с собой привычные споры, ароматы ненавистного чая, которые уже выветрились из моей квартиры. Своим уездом она принесла мне какую-то чужую, непривычную для меня тоску. И как бы сильно я не старался себя убедить в том, что это всего-лишь привычка, здесь стоит только вопрос времени, где-то глубоко внутри я понимаю, что это совершенно не так. Что я давно уже, даже и сам не заметил когда, проникся теплыми чувствами к этому юному созданию. Каждый раз отталкивая ее от себя, я незаметно тянулся к ней все сильнее. Еще несколько месяцев назад я осуждал подобных людей, пока не оказался сам в их числе. Всегда прятался за маской профессора - без эмоций, без чувств, способный только извлекать из себя знания, чтобы применить их на других. Но все мы люди. Даже те, кто пытаются убедить себя и окружающих в своем каменном сердце рано или поздно начинают чувствовать. И сейчас меня переполняло чувство утраты и горькой грусти. От того, что я больше не буду ворчливо называть ее невыносимой всезнайкой, когда она будет докучать мне своими вопросами, не буду делать нарочито серьезное выражение лица и пререкаться с ней, словно совсем юный мальчишка. Я везу эту девушку в аэропорт, чтобы после самолет унес ее от меня на несколько миль. Всегда бегущий от жизненных драм, сейчас я оказался в одной из них. Машина плавно увозила нас за пределы Эдинбурга, оставляя исторические здания, госпиталь, который нас так тесно связывал, позади, неизбежно приближая к аэропорту. Мне хотелось нарушить эту тишину, чтобы она не нагнетала нас еще сильнее, но не находился, что сказать. Пожелать ей удачи в работе, профессионального роста и счастья? Наигранно и заезженно, но только это мне и останется сказать, после чего она покинет мое общество. Возможно мы будет видеться, но работа доктора настолько отнимает все свободное время, что будет это происходить очень редко. надо же, мне почти сорок лет, а расклеился сейчас так, будто меня бросает моя первая любовь.
Автомобиль плавно заезжает на парковку, после чего останавливается, еще больше сокращая время перед нашим прощанием. Первой нарушает тишину Элеанора. ее слова, словно лезвием рассекают воздух. Стоит мне взять ее руку в свою, как мне чертовски сильно хочется ее не отпускать. Я слегка сжимаю прохладные пальцы, но она отнимает у меня возможно побыть с ней хоть немного ближе. Сожалею ли я о том, что не опомнился раньше? Не могу сейчас точно утверждать. Возможно, но мы не сможем вернуться в прошлое с нашими нынешними знаниями. Мы не в праве менять судьбы, которые, как многие считают, прописаны с самого нашего рождения и до конца жизни.
- Прощаются только тогда, когда уходят навсегда.
С грустной улыбкой отвечаю я, чтобы хоть как то скрасить этот момент. Но от этого легче не становится. Я слышу ее ответ, отчего в глазах отображается легкое недоумение. Стоило ли мне сомневаться в том, что Элеанора согласиться принять столь перспективное предложение? Почему то я оказался настолько самоуверенным, что считал, будто она решится остаться в Марии, что оставит все мечты о лучшей практике и останется в Эдинбурге. Когда ты нарабатываешь себе определенный опыт, определенное положение в обществе, ты начинаешь считать, что все может наладиться в твоей жизни, если ты будешь продолжать следовать своим убеждениям, правилам и тому стилю жизни, благодаря которому ты этого добился. Ты забываешь о том, что не всегда может быть все так просто и легко, что не всегда обстоятельства похожи друг на друга и что для того, чтобы строить свою жизнь нужно крутиться всегда.
Поток моих мыслей, что спутались, словно нить из укатившегося клубка, прервала девушка. Стоило ей коснуться моих губ, как сердце замерло, а легкие на какое-то время отказались от воздуха. Я еще не скоро решился раскрыть глаза, после того как Элеанора отстранилась, но кажется, что в этот момент я обязан был принять кардинальное решение. Моя рука легла на ее тонкую талию и притянула ближе к себе, после чего я поцеловал ее в ответ. Мой поцелуй был длительнее, глубже и томительнее. Я чувствовал, как она напряглась, как ее тело задрожало и понимал, что со мной сейчас происходит то же самое. Наконец, отстранившись от ее губ, я уткнулся лбом в ее лоб, не в силах открыть глаз.
- Я не хочу, чтобы ты уезжала.
Мой голос тихий и хриплый. Дыхание обжигающее. Сейчас я принимаю решение, которое может изменить две жизни одновременно. И я понимаю, что именно этого я и хочу. Я хочу изменить свою жизнь, хочу сделать неожиданный для нас обоих поступок. В конце концов, я просто не хочу отпускать эту девушку, ведь только два человека могут заставить почувствовать себя живым - одна из них - моя дочь, вторая сидит сейчас прямо передо мной. Стоит мне услышать слова Элеаноры, которые подтверждают правильность моего решения, как я целую ее в лоб прежде, чем отстраниться.
- Значит ты никуда не поедешь.
Я возвращаюсь в свое кресло, после чего запускаю двигатель автомобиля и отъезжаю с парковки, ловя изумленный взгляд девушки на себе, мы направляемся обратно в Эдинбург, оставляя аэропорт далеко позади.

0

4

Отдых на Ибице пошел нам всем на пользу. Вернувшись, мы все с новыми силами взялись за работу, а меня переполняло ощущение счастья от того, что на пальчике моей возлюбленной красовалось колечко, означающее, что совсем скоро, уже летом, мы станем мужем и женой. Только не всех обрадовала эта новость, от младшего брата я получил лишь сухое и скупое "поздравляю", но я слишком хорошо знал Криса и понимал, что тот ужасно недоволен всей этой ситуацией. Но как бы брат не возмущался, поделать он с этим ничего не мог. А мне оставалось лишь надеяться, что когда-нибудь он встретит свою настоящую любовь, как встретил ее я и поймет, что ошибался. Во многом Крис остался лишь неразумным мальчишкой, привязанным к своим братьям и я понимал, что ему кажется, будто Доми забирает меня и на него моей любви просто не останется. Чтож, только время способно доказать ему, что это не правда. Я же со своей стороны старался сделать все, чтобы это осознание для Криса сгладить. Мы часто бывали в клубе или в пабе, в чисто мужской компании и в такие моменты мне казалось, что все отлично.
Но сегодня был новый, замечательный день. Сегодня приезжал Даниэль, средний брат нашей большой семьи. С ним Доми не была знакома и относилась к предстоящей встречи довольно подозрительно, поле их вечных перепалок с Крисом. Но я уверял ее в том, что хоть мы и братья, но все абсолютно разные. Даниэль всегда был настоящим романтиком. Плавные черты лица, ухоженная внешность и тело, бархатный голос и изысканные манеры делали его настоящим дамским угодником. За все время я не знал ни одной девушки, что устояла бы перед его очарованием. Он умел найти подход к каждой, кто оказывался в его поле зрения. Приезду радовался и Крис, распевая о том, как мы раньше отрывались все вместе и теперь, когда вся наша семья в сборе мы вернем старые и добрые деньки. Правда распевал он это нарочито громко, возле Доминики, которая от всего этого приходила не в самое доброе расположение духа. Я лишь косо посматривал на Криса и качал головой, давая ему понять, что так делать не следует. Но пока его болтовня была беззлобной, а я не собирался кидаться на брата каждый раз, как моей капризной невесте что-то не нравится. Они сами должны найти общий язык, а я могу лишь помочь им в этом нелегком деле.
Самолет Даниэля прилетал в одиннадцать утра, так что вставать пришлось довольно рано, чтобы успеть собраться. Доми взяла на работе отгул, так что встречать брата мы поехали втроем, Крис при этом радовался как ребенок, и на удивление подскочил раньше всех, хотя вообще такие подвиги были ему не свойственны. В аэропорте мы были уже в половину одиннадцатого, так что в оставшееся свободное время сидели в зале ожидания, в несколько напряженной тишине. Я раздумывал о том, что вернувшийся брат поможет мне примирить Криса и Доминику, но зная темперамент Дана можно было смело говорить о том, что он как всегда предпочтет наблюдать со стороны. Я не хотел бы называть собственного брата трусом, скорее он предпочитал ни во что не вмешиваться, а все препятствия на пути просто огибать. Так уж он устроен.
Минуты текли нарочито медленно, Доми с Кристианом залипали в телефоны, причем последний предпочел включить музыку и закрыть глаза, а я же просто разглядывал людей, бредущих мимо, постоянно отвлекаясь на Доми, что находила в фейсбуке очередные приколы. Когда объявили посадку нужного рейса мы с Крисом подорвались будто по команде, и под смешки Доми потянулись к выходу со взлетной полосы, как и добрая куча народу. Встречающих и прибывающих было так много, что разглядеть брата было очень сложно, но вот взгляд мой зацепился за знакомую черноволосую макушку и уже в следующий миг я замахал рукой, подзывая итальянца к себе. Правда прежде чем я успел что-то сделать, к брату уже подбежал Крис, сразу заключая того в объятия. Даниэль смеялся, обнимая младшего за плечи и потянулся ко мне, так что я тоже крепко его обнял. Надо же, как давно я не видел его, почти столько же, сколько и Криса. Стыдно признаться, но сейчас эмоции переполняли меня словно мальчишку, но миг я даже перестал обращать внимания на Доминику. Как и положено итальянцем мы начали громко и с жестикулированием обсуждать последние события в жизни каждого, долгий перелет, радость от встречи всем вместе. Дан подхватил сумку перекидывая ее через плечо, а Крис ухватил его чемодан, и тут у меня под рукой пронырнула Доми. Я улыбнулся, притягивая девушку к себе.
- Дан, это моя невеста - Доминика.
К моему величайшему облегчению, средний брат оказался рад знакомству. Он галантно поцеловал моей любимой руку и вовлек ее в непринужденный разговор, а Крис сразу будто бы скис. Я толкнул его плечом с широкой улыбкой.
- Перестань дуться, у тебя появятся морщины. Все не так плохо.
Конечно, вряд ли мои слова на младшего подействовали, но Даниэль тоже заметил настроение Криса, которое начинало портиться, так что вернул мне Доми, а сам в пару шагов догнал Криса, затягивая его в какой-то разговор. Мы же пошли на пару шагов позади, и я впервые разрывался между желание догнать братьев и оставаться рядом со своей девушкой. Я поцеловал ее в макушку.
- Крис привыкнет. Дай ему время. А Дана ты очаровала с первого взгляда.

+3

5

После Ибицы, кажется, что мне в одно место вставили еще один пропеллер, ведь помимо того, что я не переставала гонять своих студентов, я еще и в панике занималась подготовкой к свадьбе. Практически сразу после возвращения мы с Андре посетили модный дом, где я мучила несчастного дизайнера добрых два часа, демонстративно вытолкнув своего ненаглядного за двери примерочной. И наконец, когда Курт Вагнер смог подобрать для меня идеальный фасон, я - довольная, оставила его в покое. Только вот к Андре это не относилось, ведь уже через пол часа на меня нахлынул очередной приступ паники на тему того, что я передумала и хочу другое платье, а вдруг что-то будет не так, а вдруг мне не понравится и чуть ли не задыхалась от этих мыслей, но мой мужчина, как впрочем и всегда, быстро меня успокаивал. Порой я даже задумывалась на тему того, как он еще меня не выгнал с моим то характером, но это наваждение меня быстро отпускало. Правда не сейчас, когда до свадьбы остались считанные месяцы, ведь я была словно на иголках, меня могли привести в бешенство или до слез даже самые простые мелочи. Кажется, что я начинаю сходить с ума. Точно, надо будет сегодня напиться с Кесси, чтобы немного расслабиться. Но все это будет только вечером, ведь сейчас мы собирались в аэропорт встречать второго брата Андре. Я скептически отнеслась к их с Крисом радости, ведь судя по младшему - меня навряд ли будет ожидать что-то хорошее. С Кристианом мы до сих пор не могли найти общий язык и каждый день лаялись друг с другом, как кошка с собакой, пока не приходил Андре и не рассаживал нас по разным углам. Сейчас, когда мои нервы и без того были на пределе, я на каждое действие младшего Перспераго реагировала негативно, да и к тому же, он даже и не пытался скрыть, что желает нашей с Андре размолвки. Наверное, в идеале было бы с ним все-таки попытаться поговорить и если не подружиться, то хотя бы перестать воевать. Но, ни мой темперамент, ни его к этому не приведут. Ну хорошо, война так война. Правда в присутствии Андре я все-таки пыталась сдерживать свои эмоции, хоть и не на долго меня хватало, ведь какой-бы истеричной натурой я не была, я понимала, что рано или поздно и такого терпеливого мужчину могут достать вечные перепалки, а терять его мне хотелось меньше всего. Точнее нет, не так - вообще не хотелось. Поэтому, когда Кристиан начинал бахвалиться тем, что наконец-то все братья в сборе и они наконец-то смогут вспомнить старые и былые времена, я старалась держать язык за зубами, хоть и закипала, словно забытый чайник на плите.
В аэропорт мы приехали раньше времени, поэтому, расположившись в зале ожидания, я положила голову на плечо мужчины, доставая из сумки телефон. Кристиан, наконец-то тоже замолк, погружаясь в музыку. Наверное, Андре был сейчас несказанно рад наконец-то получив долгожданную тишину и покой. Я же со скучающим видом листала новостную ленту в социальных сетях. Я не жаждала увидеть Даниеля, но приехала сюда исключительно ради своего жениха, ведь для него встреча с братом действительно была важна. Когда объявили посадку нужного рейса, два суслика одновременно подскочили со стульев, направляясь в стороны выхода со взлетной полосы. Я лишь усмехнулась, убирая телефон в сумку и поднимаясь на ноги. Стоило показаться среднему Перспераго, как эти двое тут же оживились, оглашая весь аэропорт о своем счастье. Надо же, еще и нас с Кесседи называют шумными. Кстати, Кесседи. Наблюдая за тем, как братья увлечены друг другом, я поняла, что места среди них мне сегодня точно не будет, зато можно осуществить мой план по опустошению бара подруги. Договорившись с ней о встречи у нее дома сегодня вечером, я наконец-то подошла к шумной троице, которая, наверняка, обо мне уже и думать забыла. Натянув более ли менее дружелюбную улыбку, я подошла к мужчинам и только когда я прильнула к боку Андре, меня наконец-то заметили. Я уже готовилась к тому, чтобы постараться держать язык за зубами, когда услышу очередное недовольство со стороны второго брата, но тут он меня не то что приятно удивил, он меня ошарашил. Галантный и с красивой речью, он поцеловал мою руку, отчего ранее натянутая улыбка превратилась в более естественную, а глаза округлились от искреннего удивления.
- А он точно вам родной брат?
Нарочито тихо поинтересовалась я у Андре с Даниелем, кивая в сторону Кристиана, что уже успел продемонстрировать свое "фи". Нет, у меня действительно в уме никак не укладывалось, как у двух этих мужчин может быть такой брат, как Крис? В голове даже промелькнула обидная поговорка - в семье не без урода, но озвучивать ее я, конечно же, не стала. Что касается Даниеля, то он сразу мне понравился. Наверное, как и любая девушка, я просто любила внимание к своей персоне, да и он, в конце концов, не пытался меня обидеть с самого порога. Вернувшись к Андре, я запрокинула голову, глядя на него одобрительным взглядом. Этот брат хороший, его я принимаю.
- Ага.
Коротко ответила я своему ненаглядному на слова о Кристиане. Конечно, привыкнет, так уж я и поверила. Но, не будет устраивать скандал, ведь у Андре сегодня, можно сказать, праздник.
- Да, Даниель больше походит на твоего брата.
С улыбкой сказала я, после чего взяла брюнета под руку, снова глядя на него с улыбкой.
- У нас с Кесси сегодня девичник, я уже договорилась, так что развлекайтесь. Только баб домой не водите.
Я никогда не запрещала Андре развлекаться с друзьями или с тем же Крисом, который мне вообще не нравился, поэтому и сейчас специально договорилась с подругой о встрече, ради которой она даже Джея выпнет из дома, чтобы Андре смог отдохнуть и пообщаться со своими братьями. А я заодно подлечу свои расшатанные нервишки.

+2

6

Я, словно ребенок, ожидающий подарок на Рождество, с нетерпением ждал приезда Дана. Если Андре еще можно было запудрить мозги, то средний брат был куда более умен и сообразителен, чтобы не церемониться с одной бабой слишком долго, а уж тем более, упаси Господь, связывать с ней свою жизнь. Я очень надеялся, что обретя поддержку в лице второго брата мы сможем быстрее вытянуть Андре из той трясины, в которую он ввязался с головой. Я больше чем уверен, что вспомнив былые времена со своими братьями, наш старший брат и сам не захочет заточать свою свободу и оставаться верным этой девушке, даже если вдруг имеет место быть такое, что она ему в постели выделывает танцевальные па.
Я настолько сильно ожидал воссоединение нашей семьи, что проснулся даже раньше будильника. Подскочив на ноги, я прямиком направился в душ, чтобы смыть с себя остатки сна, а после - на ходу одевшись, сбежал по лестнице вниз прямо тогда, когда две сонные мухи выползли из своей комнаты. Андре что-то там заикнулся про завтрак, но я тут же поспешил пресечь все его попытки задержать нас дома. Я с нетерпением ожидал, когда брат наконец-то соберется и каково же было мое разочарование, когда вслед за ним вышла еще и Доиминика. Нет, на какого черта она поплелась за нами?
- Ты серьезно?
Поинтересовался я у брюнета, указывая на его девушку, что демонстративно фыркнула носом. Андре же проигнорировал мои слова, лишь деловито улыбаясь, а мои мысли о том, что эта мигера что-то ему подсыпает в кофе, крепли с каждым днем. Последовав за счастливой парочкой, от ванильности которой меня уже тошнило, я в последний момент обогнал их, деловито усаживаясь на переднее сиденье рядом с водительским. Да, я прекрасно знал, что Доминика просто терпеть не может ездить сзади, а потому ожидал, что она сейчас уже поднимет истерику по этому поводу. Мне ведь это на руку - будет лучше убеждать брата, указывая на недостатки его избранницы - истеричная, непостоянная, вспыльчивая. Ох, я с наслаждением могу это перечислять хоть до самого утра. Но, к моему глубокому разочарованию, девушка лишь молча надулась, как мыльный пузырь и уселась за водителем, а я наблюдал в зеркало заднего вида, как она недовольно сжимает губки. Ну ничего, с ее темпераментом будет легко ее вывести из себя, стоит только немного подождать.
Все дорогу до аэропорта я вспоминал, как весело мы развлекались втроем в свое время. Андре не затыкал мне рот, а ведь все потому что и сам был рад вспомнить эти моменты. Я просто прекрасно знал, что он по ним тоже скучает. И по нашим беспробудным пьянкам и по куче девиц, что нас постоянно окружали, по гонкам и по азарту, без которого мы просто жить не могли. Брат даже не затыкал мне рот, когда я начал строить планы на наши будущие похождения. И знаете, мне показалось, что я даже слышал, звенят нервы у шатенки, но, стоит отдать ей должное, она пока держалась. Интересно, что на нее так повлияло? Хотя, даже если вдруг она и решила неожиданно измениться, то ее вспыльчивая натура рано или поздно себя покажет, а я смогу этим умело воспользоваться.
В аэропорт мы приехали раньше времени, но это и к лучшему, по крайней мере не пропустим рейс Даниеля. Усевшись поудобнее, я тут же достал наушники, чтобы включить музыку и немного помечтать о наших славных вечеринках, которых  ждет нас целая вереница. Только вот надо будет избавиться от нежеланного груза, но это будет сделать проще простого, стоит только переманить Дана на свою сторону.
Стоило Андре толкнуть меня в бок, как я тут же вытащил наушники, услышав, что самолет брата приземлился. Подскочив на ноги, я тут же направился в сторону выхода и с нетерпением стал ожидать, пока появиться знакомая морда, вытягиваясь, словно суслик. И вот, наконец-то я его увидел. Пока Андре окрикивал нашего брата, я уже несся ему навстречу, тут же крепко обнимая. Кто бы знал, как я по нему скучал, мы ведь не виделись с ним еще дольше, чем с Андре. Совсем скоро к нам присоединился и сам Андре. Переполненные радостью мы стали на перебой обсуждать последние новости, рассказывать жизненные истории, пока не появилось "оно". Стиснув зубы, я тихо выдохнул, стараясь держать свои эмоции под контролем, ведь, в конце концов, это ее мы выводим на оплошность. Наблюдая за тем, как Даниель обходительно общается с Доми, я обреченно закатил глаза и отправился прочь от этого балагана. В какой-то момент меня даже кольнула обида от того, что Дан не смог оправдать моих ожиданий. Но, видимо, я слишком рано поставил на нем крест. Брат совсем скоро нагнал меня и, услышав, быструю итальянскую речь, у меня словно камень с души свалился, отчего я даже улыбнулся.
- Ты не поверишь, он ее разве что только на работу не таскает.
С усмешкой подметил я, оценивая тот факт, что на Дана она тоже не произвела особого впечатления. По-крайней мере хорошего, а это просто не могло меня не радовать. Значит все-таки не все потеряно и средний брат оказался на моей стороне. Но, зная какой Дан на самом деле, с ним действовать тоже нужно было осторожно, поэтому, когда он выдвинул предположение, что Доминика с нашим братом только из-за денег, я незамедлительно его поддержал.
- Черт, Дан, у нее ни гроша за душой. Увидишь только какие ей машины Андре напокупал, сам все поймешь.
Я старался говорить так же тихо, чтобы Андре, не дай Бог, нас не услышал. А то не сносить нам головы и здравствуй новый скандал в семье, только не тот, которого мы так хотим добиться.
Довольный тем, что смог заполучить поддержку со стороны Даниеля, я обнял брата за плечи, широко улыбаясь и уводя его в сторону машины Андре, чтобы в следующий момент отправиться домой. Сегодня нас ждет грандиозная пьянка и я очень надеюсь, что Андре не додумается притащить на нее Доминику.

0


Вы здесь » Dawn of Life » Новый Монреаль » Аэропорт


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC